Как и многие дети, родившиеся в советскую эпоху, наш герой мечтал стать ученым, и максимум своих усилий в школе прикладывал к решению задач по физике и математике, нередко игнорируя гуманитарные предметы. Парадоксально, но его карьерная история и успех связаны именно с людьми, а не с цифрами, леммами и формулами. Тем не менее, в 1990 году Николай Табеков уехал из родного Калининграда и поступил в МГТУ им. Баумана, где занимался изучением вопросов термоядерного синтеза и физикой плазмы.
Мысль о том, что нужно строить карьеру, возникла у него к моменту окончания учебы. Как и все студенты, он умудрялся в перерывах между занятиями подрабатывать, однако у Николая уже была молодая жена, и он всерьез задумался о том, что пора перестать разгружать вагоны. Уже в то время у него было неоспоримое конкурентное преимущество перед многими, голодными до успехов в бизнесе, выпускниками московских вузов – компьютер со встроенным факс-модемом. «У меня был институтский приятель, который как-то пришел ко мне в гости и предложил составить резюме, чтобы затем разослать по кадровым агентствам, – вспоминает Табеков. – В то время в Москве такие фирмы появлялись как грибы после дождя, поэтому мы решили устроить массовую рассылку». Тогда кадровые агентства были крайне неструктурированными, и их деятельность строилась на каких-то неясных принципах. Впрочем, и тогдашние кандидаты не могли похвастаться яркими успехами в карьере. «Честно говоря, мы не то чтобы не имели опыта серьезной работы, а даже понятия не имели, как вообще составляется резюме, – рассказывает Николай. – Поэтому, начитавшись книжек «для чайников» и просмотрев доски объявлений, мы придумали себе какие-то должности, под кальку написали резюме, и мой знакомый разослал их по агентствам».

Начало пути

Приятель Табекова, как оказалось, уже в то время был сведущ в вопросах конкуренции, и резюме нашего героя никуда не послал. Поэтому, когда ему пришло приглашение от одного из кадровых агентств, а Николаю нет, последний решил пойти на собеседование «в знак протеста». Вряд ли можно предположить, что у студента пусть и последнего курса Бауманки был приличный костюм. «Я появился на собеседовании в агентстве «Империя кадров» в каком-то жутком, хипповском обличье: в стертых башмаках, футболке с неприличной надписью, козлиной бородкой и косичкой», – смеется Табеков. Заполнив анкету и бодро отрапортовав о прекрасном знании английского (в школе и институте он, правда, изучал немецкий язык), наш герой собрался спокойно уйти, однако руководитель компании предложил ему неожиданный вариант. «Не знаю почему, но меня спросили, не хочу ли я попробовать себя в роли рекрутера в «Империи кадров», – рассказывает Николай. – Тогда я мгновенно сообразил, что, будучи рекрутером, я быстро найду себе хорошую работу, распрощаюсь с этим непонятным бизнесом и стану, например, системным администратором». Администратором Табеков не стал, но начал свое движение к вершинам в рекрутинговом бизнесе. Однако уже тогда ему пришлось решить, казалось бы, нерешаемую задачу. После того, как он согласился работать рекрутером, ему сказали, что для полной уверенности в его компетентности один из сотрудников компании через несколько дней проведет тестирование на знание английского языка. Фактически Николаю нужно было научиться говорить на незнакомом языке за три-четыре дня. «Я позвонил своей бывшей однокласснице, которая закончила МГИМО, и сказал: пусть делает, что хочет, но я должен заговорить», – вспоминает он. В результате, тестирование было успешно пройдено: одноклассница предложила хитроумную схему – дойдя до определенной реперной точки, наш соискатель должен был на память воспроизводить заученные словесные конструкции. Иными словами, услышав звуковые сигналы типа слов education, experience, family, он отвечал четко зазубренными фразами про образование, профессиональный опыт и семью. «Основная миссия рекрутера – помогать клиенту в совершенствовании системы управления и нести положительные изменения в карьеру и жизнь людей»

Первый клиент, с которым стал работать Николай, до сих пор был бы лакомым куском для любого рекрутера – Deloitte&Touche.
Новоявленному сотруднику требовалось найти главного бухгалтера для компании тогда еще «большой шестерки», и это при том, что новичок имел слабое представление об аудите и том месте, которое занимал в нем клиент. Но Николай знал, что такое бухгалтер, и этого оказалось достаточно. «Мои коллеги пытались переманить на эту должность людей из компании «большой шестерки», однако они не соглашались переходить к прямому конкуренту, – рассказывает Табеков. – В то же время бухгалтеры из аудиторских компаний класса «B» не подходили по уровню подготовки и компетентности». Клиент определил, что ему были интересны кандидаты из сервисных фирм. «Поскольку сервисные компании класса «B2B» были в России в эмбриональном состоянии, я решил начать поиск в организациях «B2C». И тут же подумал: не в химчистку же мне идти за главным бухгалтером». Сделав ставку на гостиничный бизнес, Николай нашел подходящего кандидата именно там.
Несмотря на успешно завершенный проект, Табекову нередко приходилось сталкиваться с объективными трудностями в работе. Не секрет, что в середине 90-х принципы ведения бизнеса в России сильно отличались от нынешних. Он вспоминает, как однажды пытался переманить сотрудника одной из московских компаний. Об этом узнала служба безопасности, и ее представители назначили Николаю встречу в одном из ресторанов Москвы. После беседы «о погоде» ему вежливо сказали: «Мы знаем, что вы хотите переманить у нас сотрудника. Пожалуй, сегодня был первый и последний корректный и мягкий разговор с вами, если вы не передумаете». Тогда Табеков согласился на условия компании. «Наверное, я мог бы сказать своему клиенту, что у меня возникли проблемы со службой безопасности. Грубо говоря, просто мог «перевести стрелки», – говорит он. Тем не менее, Николай этого не сделал. И не столько потому, что испугался, сколько потому, что всегда исповедовал в своей работе один простой принцип – «не навреди». «Основная миссия рекрутера – помогать клиенту в совершенствовании системы управления и нести положительные изменения в карьеру и жизнь людей», – добавляет он.

«Я никогда не хотел быть эйчаром»

Так случилось, что после двух лет работы в «Империи кадров» Табеков оказался в той сфере бизнеса, в которой никогда себя не видел. У рекрутера, по его мнению, есть два вектора карьерного развития. Первый – совершенствование навыков и дальнейший переход в сферу executive search. Второй – переход в корпоративный рекрутмент и дальнейший рост до директора по персоналу. «Я никогда не хотел быть эйчаром. Это скучно для меня. Я не могу постоянно выполнять рутинную работу, а работа эйчара – это все-таки рутина», – полагает Николай. Он всегда видел себя фронтлайнером, всегда считал, что умеет понять клиента и продать ему свои услуги. Именно эти качества и свели нашего героя с Рустамом Тарико, владельцем группы компаний «Русский Стандарт».

Когда Табеков еще работал в «Империи кадров», ему довелось искать торговых представителей для алкогольной компании, которая сейчас называется РВВК. В какой-то момент ее руководство решило, что таких сотрудников необходимо переманить от лидеров отрасли. Тогда таковым являлась компания Рустама Тарико «Руст Инкорпорейтед» – крупнейший в мире дистрибьютор мартини. Николай последовательно сделал предложение всем до единого торговым представителям «Руста», но никто из них не согласился перейти в РВВК. «Тогда я закрыл записную книжку и задумался: если люди принципиально не хотят уходить из «Руста», так, может, я не с тем клиентом работаю?» – вспоминает Табеков. Не долго думая, он набрал телефон компании и предложил свои услуги. К счастью, они оказались востребованными, и ему предложили очень сложный и ответственный заказ – поиск личного водителя президента компании. «На первый взгляд такая задача может показаться смешной, однако нужно знать Рустама Тарико – это очень сильный, проницательный и харизматический человек, который предъявляет к своему окружению практически такие же требования, как и к самому себе», – рассказывает Табеков. В процессе беседы выяснилось, что даже водитель должен быть особенным. Тогда Николай стал анализировать ситуацию и решил, что такие люди должны возить послов иностранных государств. Он взял стопку визиток и пошел к МИДу, к Американскому посольству. Сценарий поиска был весьма комичным:
- Тук-тук.
- Что вам нужно? Я ничего не собираюсь у вас покупать, – доносилось из иномарок.
- Подождите, у меня приятная для вас новость, – отвечал рекрутер.

В результате «особенный» водитель был найден. «Конечно, сегодня было бы смешно говорить о том, что хедхантер ищет водителей. Однако в тот момент это была большая удача для меня, я получил своеобразный карт-бланш», – говорит Николай. Ему дали заказ на поиск тех самых торговых представителей, а потом поступали все более сложные заказы. В какой-то момент он стал помогать Тарико с поиском людей лучше, чем кто бы то ни было. И когда в «Русте» освободилась должность менеджера по персоналу, занять ее предложили именно Табекову.

Но он ответил отказом по той причине, что не хотел управлять персоналом. «Честно говоря, я знаю очень немного людей, которые могли бы сказать «нет» Тарико. Поэтому через некоторое время я все же принял предложение. И стал менеджером по персоналу крупнейшей алкогольной компании в России», – рассказывает наш герой. Несмотря на то, что 80% времени занимал корпоративный рекрутмент, Табеков считает, что работа в «Русте» дала ему очень многое. Во-первых, сам по себе рекрутмент был сложным, поскольку после кризиса 1998 года доверие к российским работодателям было сильно подорвано. А во-вторых, как раз в то время «Руст» переходил из одного качества в другое: из дистрибьютора компания должна была превратиться в производителя собственной алкогольной торговой марки в сегменте премиум. Парадоксально, но эти изменения Тарико задумал как раз в тот момент, когда премиум сегмент в России практически умер. В алкогольном бизнесе продажи измеряются или в далах, или в девятилитровых юнит-кейсах. На тот момент продажи лидера в этом классе – водки «Абсолют» – составляли порядка 6-10 тысяч юнит-кейсов, или 60-100 тысяч бутылок объемом 0,75 литра. В денежном эквиваленте это было чуть больше $1 млн., что для России ничтожно мало. При этом объем инвестиций, вложенных в разработку водочного бренда «Русский стандарт», был сопоставим с объемом продаж «Абсолюта». Тогда конкуренты Тарико постоянно язвили в его адрес и думали, что наконец-то он допустил ошибку. В итоге ошиблись конкуренты. Сегодня продажи «Русского стандарта» составляют порядка миллиона юнит-кейсов.

Именно Табеков участвовал в создании той команды, которая разрабатывала и запускала этот бренд. «Дело в том, что Рустам Тарико не терпит никаких компромиссов в вопросах качества, поэтому ему нужны были самые лучше люди для его команды. И если их не было в России, то их нужно было привезти из-за рубежа, – рассказывает Николай. – Это было действительно здорово – поучаствовать в таком масштабном проекте».
Последней задачей Табекова в «Русте» был поиск генерального директора. А после этого сам Николай должен был перейти в подчинение к наемному менеджеру. Но такая перспектива была ему неинтересна. «Я всегда мечтал создать собственный бизнес и именно поэтому хотел общаться с акционерами, с владельцами бизнеса, учиться у них, перенимать их опыт, знания, видение жизни. Ведь эти люди в отличие от наемных топ-менеджеров рискуют собственными деньгами, – полагает Табеков. – Тарико очень долго отговаривал меня уходить. Он говорил, что у меня прекрасная профессия, что я работаю с людьми, а вместо этого хочу создать какой-то кооператив. Убеждал меня в том, что в три часа дня компания может стоить миллиард, а в час ночи, когда в ней никого нет, она просто пустой звук. Но у меня всегда был контраргумент – директор по персоналу практически никогда не сможет стать генеральным директором».

Таланты в Токио

В результате они пожали друг другу руки, и Табеков ушел из «Руста». Тогда же Георгий Абдушелишвили, старший партнер компании Ward Howell International, предложил ему встретиться и обсудить возможные варианты сотрудничества. «Я сделал умное лицо и сказал, что такая встреча возможна. А на самом деле прыгал от радости и ликовал! В 1997 году я даже не мог и мечтать о том, что стану работать консультантом в ведущей executive search компании в стране. Это действительно венец карьеры консультанта по подбору персонала», – вспоминает Николай.
Табеков пришел в Ward Howell в качестве консультанта и присоединился к уже работавшим там Ольге Петровой и Михаилу Елизарову. В то время в компании было четыре партнера – Сергей Воробьев, Георгий Абдушелишвили, Юрий Барзов и американец Майк Таппан. Как и Рустама Тарико, он считает этих людей своими учителями, которые очень много дали ему в понимании его профессии и бизнеса в целом. От Воробьева он получал харизматический заряд, от Абдушелишвили – прагматический подход к бизнесу, Барзов делился с Николаем глубокими философскими концепциями бизнеса, а Майк Таппан – технологичностью ведения дела. Табеков отмечает, что эти люди, как истинные педагоги, никогда не мешали ему развивать их идеи дальше.
В Ward Howell Николай закрыл немало заказов, однако больше всего ему запомнилась работа с Mars. Компания считает себя лучшей в мире с точки зрения работы в маркетинге. Это и немудрено, если посмотреть на их продукты и объемы продаж. Что же касается найма персонала, то на уровень топ-менеджмента там практически никогда не брали людей со стороны. Тем не менее руководство не смогло найти среди своих сотрудников вице-президента по маркетингу в России. За этот проект взялись Абдушелишвили и Табеков, хотя в компании им честно сказали, что просто не верят в успех. Сложность заключалась еще и в том, что Mars хотел видеть на этой позиции человека, понимающего русскую культуру, который или работал бы в России, или вообще был бы русским. Прошло три недели, и Николай нашел американца польского происхождения. Нашел в Токио. И кандидат стал успешным. За эту работу Николай получил самый большой гонорар в своей жизни, который превысил $100 тыс.
«Мы изначально выбрали правильный поисковый сценарий и стали искать не людей, а яркие проекты, которые могли бы произвести впечатление на «марсиан». Мне и в голову не могло прийти, что успешного кандидата нужно искать в Токио, – рассказывает Табеков. – Одним из таких проектов в России был запуск «Золотой Явы». Старый бренд «Ява» был практически мертв, а в то время в этом сегменте безоговорочно доминировали сигареты «Петр I». Тем не менее, четко спланированная кампания по выведению на рынок обновленного бренда привела к тому, что «Ява» побила «Петра». Наш кандидат как раз был одной из ключевых фигур в этом проекте, и он произвел очень сильное впечатление на руководство Mars».

Дважды в одну реку

Через два года работы в Ward Howell у Табекова в голове стал складываться план идеальной компании. «Мне повезло, так как я работал по обе стороны баррикад: был как хедхантером, так и директором по персоналу. Мне удалось усвоить лучшие рыночные практики, я знал все тонкие места в этом бизнесе», – говорит он. Однако на момент ухода из Ward Howell Николай снова попал в поле зрения Рустама Тарико. Поскольку они расстались без ссор и скандалов, Тарико предложил бывшему сотруднику вернуться в «Русский стандарт», но уже на позицию директора по персоналу группы компаний. При этом Николая привлекла не громкая должность и внушительный компенсационный пакет, а, скорее, интересная, масштабная задача. Компания вновь находилась в стадии реструктуризации: бурный рост привел к тому, что алкогольный актив «Русского стандарта» нужно было разделить на несколько фирм, а потом их организовать. И вновь Табеков помогал Тарико создавать команду топ-менеджеров для обновленной компании. «Я только помогал, поскольку глубоко убежден, что достичь основных соглашений с топ-менеджерами может только владелец фирмы. Функция эйчара – найти таких людей и помочь договориться с ними», – подчеркивает Николай.

На следующем этапе было необходимо регламентировать организационную структуру компании, разработать процедуры найма, ведь приходилось нанять за два месяца порядка 450 человек. «Впрочем, я не разрабатывал организационную систему. Посудите сами, могу ли я создать структуру котельной? Я же ничего в этом не понимаю. Моя задача, как и у любого директора по персоналу, – обеспечить и регламентировать процесс. И если какой-нибудь эйчар скажет, что он разработал структуру компании, в него надо бросить камень», – говорит Табеков.
В очередной раз, когда проект был завершен, наш герой почувствовал себя лишним: в процессе реструктуризации его должность исчезла, и формально он стал директором по персоналу одного из активов – «Русский стандарт водка». По его словам, это упражнение образца 1998 года ему было совершенно не интересно. При этом необходимо было уйти из «Русского стандарта» так, чтобы не нанести компании вреда. Так Николай и поступил, а далее совершил кардинальный шаг в своей карьере.

Большая цель

«В то время я не знал, кто вообще на рынке мне мог предложить что-либо стоящее. Материальная составляющая меня мало интересовала. Дело в том, что разница между зарплатами в $200 и в $1000 огромная. А разницы между зарплатой в $10 тыс. и $20 тыс. нет никакой. Люди ездят на тех же машинах, живут в тех же квартирах. У тех, кто зарабатывает эти самые $20 тыс. просто есть свободная наличность, которую можно, например, запустить на биржу», – размышляет Табеков.
Карьерный успех, финансовое благополучие и внутренние ощущения совпали с давнишним желанием Николая создать что-то свое. У него уже было понимание того, как построить компанию, которая посредством создания красивого и качественного продукта может удовлетворить пожелания клиента и заработать деньги. «Есть два типа людей – одни видят свою карьеру только в корпоративном мире, а другие хотят создавать что-то свое. Мне интересно приходить к клиенту и отвечать не только за узкий участок работы, выделенный мне работодателем, а также и за качество с точки зрения того, насколько верно я выстроил изначальную концепцию бизнеса», – рассказывает Николай.

Его старый институтский товарищ Алексей Билебрук сумел построить блестящую карьеру в одной из FMCG-компаний, став там коммерческим директором. В результате возникла необходимая синергия для создания бизнеса. «Алексей – профессиональный менеджер, умеющий управлять большим коллективом людей и решать операционные вопросы. Я же в этом плане похож на Винни-Пуха, который расстраивался от длинных слов. Например, забота о покупке туалетной бумаги в офис меня очень расстраивает, – говорит Табеков. – Скорее во мне есть лидерские качества, умение повести за собой людей и понимание того, как именно построить модель бизнеса». Так, летом прошлого года возникла компания Neo Executive Search. Изначально Николай задумал ее как дорогой executive search бутик, который в будущем должен опуститься в сегмент среднего менеджмента. Табеков говорит, что этот ход оправдывается самой структурой бизнеса по подбору персонала. В executive search в принципе не может быть монополиста, так как есть предельная доля на рынке. Рекрутер не может переманивать людей у своих клиентов. Это значит, что обязательно должна быть некая «поляна», на которой можно искать талантливых людей. Но чем больше ты набираешь клиентов, тем меньше у тебя возможностей для поиска. Если твоя доля на рынке приближается к 10%, неминуемо возникнет актуальная для крупных агентств проблема с поставкой кандидатов.

«Поэтому грустно работать в компании, у которой есть предельная доля на рынке. Когда ты видишь потолок, становится себя жалко. И, кстати, это очень часто случается с людьми в корпоративном мире. Стал ты, допустим, директором по персоналу, и что ждет тебя дальше? Или пенсия, или переход на ту же должность в другую фирму», – рассуждает Николай. Сегодня портфель заказов его компании приближается к $1 млн. Он связывает это не только с собственным опытом и связями, но и с тем, какую команду ему удалось создать. «За все годы, проведенные в рекрутменте, я никогда не был на 100% доволен работой ресечеров. Дело в том, что очень многие агентства навешивают на таких сотрудников функции консультантов, а это принципиально неверно. Труд ресечера – последовательное, рутинное упражнение, а консультант – тот человек, который понимает бизнес клиента и способен продать ему свои услуги. Да, он во многом именно сейлз», – считает Табеков. Именно поэтому из 9 ресечеров в его компании нет ни одного человека из кадровых агентств. Он и его партнер нанимали исключительно людей из определенных отраслей. «Мы не брали мальчиков и девочек – мы звали к себе уже сложившихся, опытных профессионалов, которые в какой-то момент пришли к выводу, что работа, к примеру, в финансах им неинтересна, но гораздо лучше приложить свои знания в сфере executive search», – рассказывает Николай.

Летом этого года Табеков планирует создание отдельной компании, которая будет заниматься подбором менеджеров среднего звена. При этом executive search бутик также будет существовать. «Посудите сами, в современной экономике какой смысл консультанту искать начальника отдела? Проще дать объявление на профильных сайтах, и эти люди сами придут, – объясняет Николай. – Работа в executive search гораздо более творческая. Ведь тут нужно переманить человека, потребности которого расположены в самом верху пирамиды Маслоу. Ему комфортно, ему хорошо, он оценен на своем месте. Как его переманить? Вот это меня и привлекает».

Сегодня Табекову 33. Останавливаться он не собирается. «Ожидание счастья гораздо сильнее самого счастья, поэтому для того, чтобы постоянно быть в состоянии ожидания, необходимо менять цели в жизни. Сегодня я хочу добиться успеха как предприниматель. Мне важно созидать и понимать, как это сделать. Еще в школе, когда я увлекался физикой, мне гораздо интереснее было узнать не ответ задачи, а то, как она решается, – говорит Николай. – В свое время Рустам Тарико мне сказал, что чем больше цель, тем легче в нее попасть. И если ставить перед собой невозможные цели, то на пути к ним можно добиться очень многого. А если ставить реалистичную, то максимум, чего удастся добиться, – ее самой».