Глава десятая, в которой офисное пьянство становится основой нового порядка

Рисунки Antitanic

Введенский грустно икнул.

Марьяна с ужасом смотрела на нечто человекообразное в зеленом пиджаке.

– Артур?

– Маша?! Закурить не найдется?

У девушки задрожали губы. Контраст был слишком велик.

В «Езде» никто бы себе не позволил нажраться на работе. И никто бы не сидел на полу, пьяно обнимая граммофон и ласково улыбаясь.

– Артур! У вас совесть есть? Это... это все границы... и рамки...

– Во блин! – изумился бухой программер. – А у самой типа совести жопой ешь, да? Шляется где попало, як-ша-ет-ся со всякими... – он ожесточенно начал вращать ручку граммофона и логично заключил: – Щас музычки послушаем! Вертинский. Раритет, нах. Ой.

Звонкая оплеуха. Артур потер щеку, промычал нечто жалобное и почему-то заснул.

Что-то щелкнуло в голове у Марьяны. Она ухватила тушку обалдуя за зеленый воротник и с трудом выволокла его на середину офиса, после чего крикнула: «Внимание всем!». Народ заинтересовался и стал собираться вокруг. Введенский лежал, трепетно прижимая к груди бабушкин граммофон, и несуетливо водил каблуками по ковролину.

Наконец сквозь толпу протолкался генеральный.

– А! – с нездоровой радостью воскликнула Марьяна. – Ну вот, все в сборе. Теперь, дорогие мои новые коллеги, объясните, будьте добры: что это тут такое валяется?

– Маша! – проникновенно сказал Александр. – Вы не поверите, но это наш лучший программист, – и попытался отобрать у Артура граммофон.

– И часто он так?

Марьяну аккуратно взяла под локоть главбух Вера Павловна и басовито заворковала:

– Девочка моя, мы сами в шоке! Артурчик всегда такой приятный, воспитанный, шалопай немножко...

В этот момент в Марьяне проснулась Тамара.

– Саша, – мягко сказала она. – Вы не находите, что это вполне закономерно? Офис превращен в свинарник, вот и свиньи самозародились. Ужи еще не поползли?

Бухгалтерша боязливо озиралась.

Пономарев начал медленно багроветь.

– Да что ты себе позволяешь!

– Кстати, девочка права, – вступилась Вера Павловна. – Свежему человеку зайти противно. – Она сурово обвела всех выпуклыми глазами. – Что, не так?

Гендир было стушевался, но моментально перестроился.

– Хорошо. Маша, вы офис-менеджер, вам и карты в руки. Какие ваши предложения?

– Для начала – чтобы каждый разобрал свое рабочее место, – скучным голосом начала Марьяна, – затем – нанять уборщицу и, наконец, повесить Введенского, веревка есть.

Программисты заржали. Артур открыл глаза и совершенно трезвым голосом сказал:

– Операция СССР!

– Что? – растерялась Марьяна.

– Свой Срач Сам Разбери! – под общий хохот пояснил тот.

– Нет, – сквозь хихиканье выдавил кто-то из менеджеров, – СССР неактуально. Давайте лучше СНГ – Смерть Ненужному Говну!

– НАТО – Нагадил, Так Огребешь!

– ВТО – Введенский – Тупой Олкоголик!

– Алкоголик пишется через «А»!

– Ага, а Введенский – через «Ж»!

Бардак крепчал.

– Хватит! – рявкнул генеральный директор и шарахнул по ближайшему столу. – Сегодня перед уходом чтоб у всех был порядок. Лично проверю. И если что – будем штрафовать на всю зарплату. Распустились, сто пудов! Маша – зачет.

Народ попритих и разошелся, Введенского увели с собой программеры, Марьяна осталась одна и вдруг почувствовала себя Эдуардом. Ощущение было непривычное и неприятное.

Вечером Пономарев подошел к Марьяне и выразил ей свою официальную признательность за серьезную инициативу. Ей-богу, сказал, еще немного, и он возьмет ее замом. Сказал, чтобы поактивнее, но глаза старательно прятал.

Артура она в тот день больше не видела – программисты его где-то заныкали, – и в «Езду» вечером так и не заскочила. Да не очень-то и хотелось. Чем дольше она изучала их корпоративный гимн, тем больше тянуло повесить его на стенку и поиграть в дартс жеваной бумажкой.

Глава одиннадцатая, в которой героиня впервые сталкивается с бескорыстной подлостью

В новенькой белой блузке, черной юбке и с крокодилом в сумке Марьяна чувствовала себя обкурившейся первоклашкой. Дресс-код бодрил и внушал. Перешагнув порог «Езды», она влилась в стайку таких же монохромных барышень. Те окинули ее приветливыми оценивающими взглядами и благосклонно закивали. Пели гимн. Марьяна честно пыталась подхватывать хотя бы припев. Получалось неважнецки, и поэтому она просто открывала рот. Кто заметит?

Справившись с насущными делами, она решила погуглить симпатичного крокодильчика на десктоп. Куда там – симпатичного! Голодные пасти, мерзкие рожи, тоскливые слезящиеся глаза – будто все до единого крокодилы работали менеджерами и до смерти устали. Марьяна тяжко вздохнула, закрыла поисковик и села забивать базу данных по дням рождения. Ближайший выпадал на послезавтра: народилась Ирочка, любительница кошек.

Вообще было довольно скучно. С девами-соседками, менеджерами по гостиницам, отношения не складывались. Барышни пару раз упархивали в сторону кухни, прихватив с собой сигареты, но Марьяну не приглашали.

Радио пропиликало одиннадцать.

– Яночка! – возник из пустоты Эдуард. – А вот давайте я вас познакомлю с вашим оруженосцем, так сказать, и вынул из-за спины щуплого студентика с плохо выбритой мордочкой. Студентик топтался и зябко кутался в балахон. Взгляд его был нагл, но тосклив.

– Это Петя, курьер. Если что нужно, сразу говорите: «Петя!» Он вам все принесет в лучшем виде. У Ирочки праздник скоро, да? Вот Петю за цветочками, за сувенирчиком – на ваш вкус от фирмы в пределах известной суммы. Правда, Петя? Ну, иди тогда, иди.

Крепостной обреченно закивал и вышел.

– Ну-с, Яночка, а у меня к вам еще дельце есть. Может, это мелочи для вас, ерунда... Знаете, вот когда люди гимн поют – это они не для того, чтобы просто рот открыть, а чтоб с коллективом слиться, проникнуться, так сказать, командным духом. Автор опять же думал, слова подбирал. Композитор еще когда музыку написал, а народ до сих пор радуется. Да-с... Или, вот скажем, Интернет. Он ведь не из эфира струится, фирма за него свои кровные платит. Вы скажете – копейка, а она рубль стережет. И время ваше рабочее, которого не так уж и много, тоже фирма оплачивает не для того, чтобы вы...

Марьяна чувствовала, что ее аккуратно, с наслаждением бьют мокрой тряпкой по лицу, но сказать было нечего. Откуда же он знает? Камеры тут везде понатыканы, что ли?

– ... И помните, у нас принято делиться с начальством... скажем так, наблюдениями за коллегами – для общего блага! Надеюсь, Яночка, мы друг друга поняли?

Девушка ошеломленно кивнула. Соседка усиленно застучала по клавиатуре.

– Ну и славно. И, кстати, возьмите вот триста рублей, это от компании на подарок сотруднице, Ирочке то бишь. Постарайтесь, чтобы компании было не стыдно за презент.

* * *

Все, что Марьяна помнила об Ирочке, это безостановочный вой и вопль «не умирай!». Не подушку же ей дарить кислородную. Думать не хотелось абсолютно. Барышни вновь запорхнули в кухню, Марьяна поколебалась минуту и пошла к ним. Неужели они не только по кнопкам стучат?..

– Яна? – удивились барышни. – Ты куришь?!

– Нет, – мрачно сказала Марьяна, – но скоро начну. Девочки, я еще ничего не знаю, первый день всего. Что за человек Ирочка, что она любит?

Гостиничные барышни посмотрели на Яну с какой-то неявной брезгливостью.

– День рождения у нее, – жалобно вздохнула Марьяна, – а мне подарок выбирать.

– А... Ну так бы и говорила, – покровительственно улыбнулась одна из них. – Закажи цветов и еще че-нить. Ну, сама понимаешь, в пределах суммы. Сколько там выдали? Триста, небось? Ясен пень, пятьсот у нас для особо уважаемых, для Эдика, например.

Ну что ж, подумала Марьяна, добро пожаловать в реальный мир. А, ладно. Назвался груздем – лечиться поздно.

Глава двенадцатая, где выясняется, что даже самые идиотские советы могут иногда принести пользу

В «Полном Щите» творился полный бардак. Суетливые мужички в икейской униформе таскали туда-сюда коробки и здоровенные упаковки досок, кто-то что-то монтировал, привинчивал, пол был завален картоном, обрывками упаковочной ленты и скрепками. Вслед за шустрыми мужиками кружилась и осыпалась со столов тщательно рассортированная с вечера документация. По полу ползали менеджеры, пытаясь отыскать инструкцию по сборке компьютерного стола.

– О! – приветливо отлип от стены какой-то хвостатый программер. – Машенька! Правда, зашибись у нас чистота? Это мебель привезли! Еще неделю назад обещали.

– Твоих рук дело? – деликатно спросил Артур, нависнув над ней. – А ты, я вижу, при параде. Никак дресс-код будем вводить? Порядок вчера уже вводили.

– Головушка с утра не болит? – с тоской спросила Марьяна.

– Голова в порядке, а сердце мое изболелось. За тебя и твои инициативы! – парировал нахальный Введенский и скрылся в комнате программистов. «Пихай! Да не так, дуболом, треснет же!» – орали оттуда.

«Где шурупы, гады?» – ныл кто-то из клиентщиков.

Марьяна пошла искать Сашу: пусть хоть он объяснит ей, когда кончится этот кошмар.

Сашу она не нашла, зато ее саму обнаружила Вера Павловна, сцапала и повела сверять какие-то счета. Тетка ворковала и ласково упихивала Марьяну в бухгалтерию. Краем глаза девушка успела заметить, как Саша, боязливо оглядываясь на нее, короткой хомячьей пробежкой протрусил вдоль стены и выскочил из конторы от греха подальше. «Деточка, – журчала бухгалтерша, – не огорчайтесь. Вы знаете, что такое офис? Представьте, что у вас сорок детей, и все идиоты...»

* * *

В программистском отсеке умный очкарик лихо свинчивал стулья, а все прочие завороженно наблюдали за ним. «В детский сад привезли новый ЛЕГО», – подумала Марьяна.

– Артур, можно тебя на секундочку? – самым официальным тоном произнесла она.

Введенский нехотя поплелся к выходу.

– Артур, – улыбаясь как можно дружелюбнее, спросила его Марьяна, – ты у нас натура креативная, неординарная. Что можно подарить приличной девушке на день рождения? Официально, дешево, но чтоб не стыдно за презент?

Введенский задумался и уточнил:

– А девка – дура? – Марьяна прыснула и кивнула. – Тогда подари кису плюшевую. Подобное подобному!

Марьяна вспомнила заразу Земфирочку и расцвела.

* * *

В обеденный перерыв Марьяна вызвала Петю, выдала ему двести пятьдесят рублей и краткую инструкцию. Петя оказался быстр. «Вот и все, – с грустью подумала Марьяна, встречая посланца, – в "Езде" я свое отработала». Китайская белая киска с тупыми зелеными глазами была абсолютно бездарна и явно стоила своих денег. Презент от фирмы получился убойный. Марьяна застыла в коридоре, соображая, куда бы припрятать чудище, когда из переговорной вырулил Эдуард, сопровождая какого-то вип-клиента. Клиент был оживлен, развязен и слегка поддат. Эдик что-то усиленно втирал випу, но тот лишь махал рукой, однозначно посылая предложения в известные края.

Юркнуть к себе девушка не успела, так и осталась стоять в коридоре с белым монстром на руках. Эдик увидел киску, и глаза у него слегка обледенели. Марьяна в отчаянии стиснула волосатое ухо изделия, и вдруг киса гнусно и немузыкально запищала на весь коридор, что сходит с ума и ей нужна она.

И тут клиент захохотал:

– Не, ни фига себе у вас фэн-шуй! Все продумано! Сколько, говоришь, круиз-то стоит? Ну-ка, пойдем еще обсудим...

Эдик заулыбался, залопотал, увлекая богатенького буратино обратно в переговорную. Уже в дверях он высунул за спину руку и показал Марьяне оттопыренный большой палец. Девушка выдохнула. «На этот раз пронесло», – подумала она.

Приложение 4